OpenEvidence превращает данные больниц и рекламные деньги фармкомпаний в собственный конвейер лекарств

Два медцентра за 48 часов

За 48 часов OpenEvidence собрал два университетских медицинских центра. 15 сентября Penn Medicine открыла доступ к сервису более чем 10 тыс. врачей в семи больницах, распространив его и через партнерскую программу Botswana-UPenn ¹. День спустя пошел дальше Мемориальный онкологический центр Слоуна — Кеттеринга (MSK): база знаний по прецизионной онкологии OncoKB, которую строили 14 лет, теперь отвечает на запросы внутри OpenEvidence для каждого врача на платформе, а сам сервис встраивается в электронные медкарты Epic клиник MSK ². Это единственная база знаний о соматических вариантах генов при раке с частичным признанием FDA, действующим с октября 2021 года ³⁴.

В том же новостном цикле изменилась и цена самого дистрибьютора: Forbes↗ сообщил о ранее не объявлявшемся раунде на $250 млн во главе с Byers Capital и Andreessen Horowitz при оценке $15 млрд ³ — через 19 месяцев после оценки $1 млрд ⁵.

Фарма платит в момент назначения

Сервис бесплатен для каждого верифицированного врача в США: по данным на сентябрь, им пользовались 1,12 млн врачей, задавших в августе более 40 млн запросов ⁶. Деньги приносит реклама — значительная ее часть фармацевтическая, — размещаемая между вопросом врача и ответом со ссылками на источники ⁷. Анализ Nelson Advisors↗ оценивает стоимость тысячи показов врачам-специалистам от $70 до более чем $1 тыс. — против $5–15 на потребительских платформах, — при выручке около $300 млн в годовом исчислении (run-rate) и маржинальности около 90% ⁸. В мае основатель компании Дэниел Надлер рассказал NBC News↗, что рекламная модель может оказаться не той, которую компания оставит в итоге ⁷. Чего нет ни в одном источнике: влияют ли объявления на то, какие препараты назначают врачи, и сколько MSK взяла за свои коронные драгоценности.

База данных превращается в конвейер разработки лекарств

В MSK называют сделку «механизмом дистрибуции» своей экспертизы ³. Планы Надлера прямо противоположны: OncoKB в связке с клиническими рекомендациями NCCN, лицензию на которые OpenEvidence уже получила ⁶, питает собственный конвейер разработки терапий. Первый препарат должен поступить в клинические испытания до конца года, еще три–пять — в следующем. Начнут с редких видов рака: там амбулаторные клиники могут дешево находить пациентов для испытаний ³. «Мы не собираемся конкурировать с Lilly или Pfizer, проводя общенациональные испытания на 10 тыс. пациентов», — заявил он ³.

MSK уступила охват — конвейер остается у OpenEvidence

Больницы поставляют знания, фармацевтические рекламодатели — деньги, конвейер остается у OpenEvidence. Единственная оговорка насчет «рва данных»: OncoKB остается бесплатной для академического использования и лицензируется на коммерческих условиях без эксклюзивности — MSK рассталась с охватом, но не с правами собственности ⁴. Сложный процент при этом работает на позицию посредника: более половины американских гематологов-онкологов уже направляют свои самые сложные вопросы в одну компанию ², а решения о лечении их пациентов проходят через тот же слой, финансируемый рекламой. В обоих анонсах↗ нет ни слова о том, что возвращается к MSK сверх дистрибуции. Следующие контрольные точки: испытания первого препарата, обещанные до конца года, и новые сделки с онкоцентрами — их, по словам Надлера, следует ждать через считаные недели ⁶.